Историк утверждает, что пути развития Молдавского княжества и Валахии сильно отличаются друг от друга.

Молдавские политики убеждают нас в том, что мы румыны, что наш язык всего лишь диалект и мы придаток Великой Румынии. Но правда в том, что мы не являемся одним народом. Об этом заявил историк, политолог Александр Кориненко.

«Мы были одним государством несколько месяцев, когда страну политически объединил Михай Витязу. Все остальное время мы были в жесткой конфронтации. Штефан чел Маре дважды сжигал Бухарест. Зачастую мы находились в разных политических союзах, мы формировались, как молдавская нация, а не как валашская. В 1812 году междуречье Днестра и Прута после русско-турецкой войны 1806-1812 гг. оказалось в составе Российской империи. Так уж получилось исторически», — отметил историк.

По словам Кориненко, молдаване, в отличии от румын, не испытывают трепета при упоминании Восстания Тудора Владимиреску 1821 года, «Весны народов» 1848-1849 гг., Объединения Дунайских княжеств 1859 года и др.

«Мы были в составе Российской империи, и мы развивали свою идентичность по-другому. Когда Бессарабия была в составе Румынии (1918—1940 гг.) местное население пытались убедить в том, что они румыны. Но потом пришла советская власть и молдавская идентичность вновь продолжила своё формирование», — рассказал Кориненко.

Эксперт напомнил, что и в современной Молдове большинство граждан не считают себя румынами и не хотят объединения с Румынией. Молдаване, по мнению Кориненко, хотят сохранить свои традиции, культуру и идентичность. Усиленная румынизацию, которая сейчас льется практически из каждого чайника, не изменит этого желания.