Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Историк утверждает, что пути развития Молдавского княжества и Валахии сильно отличаются друг от друга.

Молдавские политики убеждают нас в том, что мы румыны, что наш язык всего лишь диалект и мы придаток Великой Румынии. Но правда в том, что мы не являемся одним народом. Об этом заявил историк, политолог Александр Кориненко.

“Мы были одним государством несколько месяцев, когда страну политически объединил Михай Витязу. Все остальное время мы были в жесткой конфронтации. Штефан чел Маре дважды сжигал Бухарест. Зачастую мы находились в разных политических союзах, мы формировались, как молдавская нация, а не как валашская. В 1812 году междуречье Днестра и Прута после русско-турецкой войны 1806-1812 гг. оказалось в составе Российской империи. Так уж получилось исторически”, – отметил историк.

По словам Кориненко, молдаване, в отличии от румын, не испытывают трепета при упоминании Восстания Тудора Владимиреску 1821 года, “Весны народов” 1848-1849 гг., Объединения Дунайских княжеств 1859 года и др.

“Мы были в составе Российской империи, и мы развивали свою идентичность по-другому. Когда Бессарабия была в составе Румынии (1918—1940 гг.) местное население пытались убедить в том, что они румыны. Но потом пришла советская власть и молдавская идентичность вновь продолжила своё формирование”, – рассказал Кориненко.

Эксперт напомнил, что и в современной Молдове большинство граждан не считают себя румынами и не хотят объединения с Румынией. Молдаване, по мнению Кориненко, хотят сохранить свои традиции, культуру и идентичность. Усиленная румынизацию, которая сейчас льется практически из каждого чайника, не изменит этого желания.